Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница

Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница

Пожалуй, можно назвать эту улицу главной, и твоя тетя живет на ней, но только нет здесь ни магазинов, ни фабрик. Захолустная деревушка! Чтобы увидеть что-нибудь интересное, надо перебраться через реку на нашу сторону.

Жаль, - вздохнула она. - Это было бы великолепно - проехать по настоящей главной улице, сидя так высоко над парой отличных лошадей и держа над собой раскрытый розовый зонтик, а все в деревне спрашивали бы друг у друга, кому принадлежит этот букет сирени и сундучок, обитый некрашеной кожей. Это все напоминало бы ту прекрасную леди, которую я видела в цирковой процессии. Прошлым летом в Темперанс приезжал цирк, и Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница утром артисты торжественно проехали по улицам. Мама разрешила нам всем пойти посмотреть и взять с собой Миру в колясочке. Вечером мы не могли пойти на представление: у нас не было денег на билеты. А в процессии были прекрасные кони, и звери в клетках, и клоуны на лошадях, а в самом конце ехала маленькая красная с золотом легкая коляска, запряженная двумя пони, и в ней на бархатной подушке сидела заклинательница змей, вся в атласе и блестках. Второй такой красавицы, мистер Кобб, не сыскать в мире. Когда на нее смотришь, приходится с трудом глотать комок, который встает в горле, а холодная Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница дрожь пробегает вверх и вниз по спине. Вы знаете, о чем я говорю? Вам приходилось видеть кого-нибудь, кто вызывал бы у вас такие чувства?

Мистеру Коббу уже не раз приходилось нелегко на протяжении этого богатого событиями утра, а теперь он почувствовал себя еще более неловко. Однако он умело уклонился от ответа, сказав:

Насколько я могу судить, не будет ничего плохого, если мы с тобой устроим пышный въезд со всем возможным блеском и шиком. Я выну кнут, сяду прямо и буду погонять лошадей, а ты держи свой букет на коленях и раскрой зонтик - и мы заставим всех здешних жителей разинуть Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница рты!

Лицо девочки на мгновение просияло, но румянец тут же угас, и она сказала:

Я забыла... Мама посадила меня внутрь дилижанса. Может быть, она хотела, чтобы я сидела именно там, когда буду подъезжать к дому тети Миранды. Может быть, внутри я буду выглядеть более благородно. К тому же тогда мне не придется спрыгивать, и мои юбки не взлетят вверх. Я открою дверцу и выйду как настоящая пассажирка. Будьте добры, мистер Кобб, остановите, чтобы я могла пересесть внутрь.

Добродушный возница, натянув вожжи, остановил лошадей, снял взволнованную маленькую особу с переднего сиденья, открыл дверь, помог ей забраться внутрь и положил рядом с ней Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница букет сирени и розовый зонтик.



Мы с тобой отлично проехались, - заметил он, - и хорошо познакомились, так ведь? Так не забудешь про Милтаун?

Никогда! - воскликнула она с жаром. - А вы уверены, что тоже не забудете?

Никогда! Клянусь! - торжественно заверил мистер Кобб, снова взбираясь на свое сиденье.

Пока дилижанс громыхал вдоль деревенской улицы между двумя рядами зеленых кленов, жители, выглядывавшие из своих окон, видели в нем маленького смуглого эльфа в желтовато-коричневом ситцевом платье, с чопорным видом сидящего на заднем сиденье и крепко держащего в одной руке огромный букет сирени, а в другой - розовый зонтик. Если бы они Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница оказались достаточно дальнозорки, то, когда дилижанс свернул к боковым дверям старого кирпичного дома, они могли бы увидеть, как кокетка ситцевого платья бурно вздымается и опускается над отчаянно бьющимся сердцем, как красные пятна выступают и пропадают на бледных щеках, а слезы заволакивают блестящие темные глаза - путешествие Ребекки подошло к концу.

Смотри, почтовый дилижанс заворачивает к палисаднику девочек Сойер, - сказала своему мужу миссис Перкинс. - Это, должно быть, их племянница из Темперанса приехала. Они писали Орилии и приглашали к себе ее старшую дочку Ханну. Но Орилия ответила, что ей легче обойтись без Ребекки и она отпустит ее; конечно, если Миранде и Джейн все равно Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница. Так что, значит, это Ребекка приехала. Она будет подходящей подружкой для нашей Эммы-Джейн. Только не верится мне, что девочки Сойер продержат ее у себя три месяца!.. Смуглая она, как индеец; это все, что я успела заметить, - смуглая и, кажется, бойкая. Поговаривали, что кто-то из Рэндлов женился на испанке - она учила музыке и языкам в каком-то пансионе. Лоренцо был смуглый, ты ведь помнишь, и эта девочка тоже. Ну, не знаю, зазорно ли иметь испанскую кровь в жилах; думаю, что нет, раз дело было давно, да и женщина та, говорят, была порядочная.

Глава 2 Ребекка и ее родня

"Девочками Сойер Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница" их назвали, когда восемнадцатилетняя Миранда, двенадцатилетняя Джейн и восьмилетняя Орилия принимали активное участие в довольно разнообразной общественной жизни своей деревни; а уж если жители Риверборо приобретали привычку думать или говорить что-либо, они не видели причин отказываться от нее - во всяком случае, в том же столетии. Так что, хотя в то время, когда начинается эта история, Миранде и Джейн было за пятьдесят, в Риверборо все еще называли их "девочками Сойер". Старшие оставались незамужними, но Орилия совершила то, что сама она называла "романтическим", а ее сестры "крайне необдуманным" поступком. "Так вступить в брак хуже, чем быть старой девой", - говорили они Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница; действительно ли они так думали - совсем другой вопрос.

Романтический элемент в брак Орилии вносило главным образом то обстоятельство, что мистер Лоренцо де Медичи Рэндл отличался возвышенной душой и, находя земледелие и ремесло чуждыми себе занятиями, состоял на службе у муз. Он преподавал в еженедельных школах пения (характерная черта тогдашней сельской жизни) в полудюжине соседних городков и деревень, учил премудростям контрданса и мазурки неотесанных юнцов, которым предстояло выйти в свет, играл на скрипке и "руководил" танцами, а по воскресеньям извлекал могучие аккорды из церковных мелодионов[7]. Он был заметной фигурой на всех концертах и балах, однако блистал отсутствием на более Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница серьезных мероприятиях и в чисто мужских сборищах в баре или за бриджем.

Волосы его были немного длиннее, руки немного белее, туфли немного изящнее, манеры чуть-чуть утонченнее, чем у его более здравомыслящих соседей; но нельзя сказать, что он выделялся блестящими способностями зарабатывать на жизнь. К счастью, у него не было никаких материальных обязанностей: его отец и брат-близнец умерли, когда он был еще мальчиком, а его мать, чьим единственным заслуживающим упоминания достижением были данные сыновьям имена - Маркиз де Лафайет и Лоренцо де Медичи[8], зарабатывала на жизнь и на образование сыну тем, что шила пальто. Она имела обыкновение говорить с Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница грустью:

Боюсь, что дарования были слишком четко разделены между моими близнецами. Л. Д. М. невероятно талантлив, но мне кажется, что если бы М. Д. Л. остался жив, он был бы очень практичным человеком.

Л. Д. М. оказался достаточно практичным, чтобы заполучить в жены самую богатую невесту в деревне, - возражала ей миссис Робинсон.

Да, - вздыхала его мать, - и здесь та же проблема. Если бы близнецы вдвоем могли жениться на Орилии Сойер, все было бы в порядке. У Л. Д. М. хватило способностей, чтобы получить ее деньги, но М. Д. Л., несомненно, оказался бы достаточно практичен, чтобы суметь сохранить их.

Причитавшаяся Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница Орилии доля скромного наследства Сойеров была постепенно растрачена красивым и незадачливым Лоренцо де Медичи. Он придерживался чарующего и поэтичного обычая делать крупные капиталовложения в честь каждого сына или дочери, чье появление благословило его супружеский союз. "Подарок ко дню рождения нашей крошки, Орилия, - обычно говорил он, - яичко-подкладень[9] для нашего гнездышка, чтобы привлечь счастье". Но однажды Орилия в приступе горечи заметила, что не было еще на свете курицы, которая смогла бы хоть что-нибудь из таких яичек высидеть.

Миранда и Джейн фактически сняли с себя всякую ответственность за судьбу Орилии, как только та вышла замуж за Лоренцо де Медичи Рэндла. Исчерпав Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница все возможности, представившиеся им в Риверборо и его окрестностях, несчастливая супружеская чета начала продвигаться все дальше и дальше от родных мест, всякий раз оказываясь на все более низких ступенях процветания, пока не достигла Темперанса. Там семейство окончательно осело и предоставило судьбе делать что угодно - чем та немедленно воспользовалась. Сестры писали Орилии два или три раза в год, а к Рождеству присылали детям скромные, но в высшей степени полезные подарки, однако они неизменно отказывались помочь Л. Д. М. нести расходы по содержанию его быстрорастущего семейства. Последним капиталовложением мистера Рэндла, сделанным незадолго до рождения Миранды (названной так в горячей надежде на Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница благосклонность, которой так и не удалось дождаться), была маленькая ферма в двух милях от Темперанса. Орилия сама устроила эту покупку; и в результате семья обрела хоть какой-то дом, а несчастный Лоренцо нашел место, где он смог умереть - долг, с которым, по мнению многих, он слишком долго тянул, исполнив его в день появления на свет Миры.

В этом-то легкомысленном и беспечном семействе и росла Ребекка. Это была самая обыкновенная семья - двое или трое детей красивых, трое довольно сообразительных, двое трудолюбивых, двое заурядных и скучных. Ребекка обладала талантами отца и была его самой способной ученицей. Она на слух подражала скрипке Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница, танцевала, даже не учившись этому, и играла на мелодионе, не зная нот. Любовь к чтению она унаследовала главным образом от матери, которой было невыносимо тяжело подметать, варить или шить, если в доме был непрочитанный роман. К счастью, книг было немного, иначе детям пришлось бы порой ходить оборванными и голодными.

Но дремали в Ребекке и иные силы: черты неведомых предков проявлялись в ее характере. Лоренцо де Медичи был нерешительным и слабохарактерным, Ребекка же - существом пылким и энергичным; ему не хватало силы и смелости, она была храброй в два года и неустрашимой в пять. Миссис Рэндл и Ханна были лишены Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница чувства юмора, но Ребекка обладала им, и это обнаружилось, как только она начала ходить и говорить.

Ей, однако, не удалось унаследовать все добродетели ее родителей и прочих благородных предков, так же как избежать всех их недостатков. У нее не было ни терпения, которым отличалась ее сестра Ханна, ни непоколебимой выдержки, присущей ее брату Джону. Ее воля превращалась порой в своеволие, а легкость, с которой ей многое удавалось, вела к тому, что дела, требующие настойчивости и упорства, вызывали у нее раздражение. Но при всем, что было и чего не было на ферме Рэндлов, там царила свобода. Дети росли, трудились, дрались Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница, ели что могли и спали где могли, любили друг друга и родителей довольно крепко, но без излишнего пыла и занимались собственным образованием девять месяцев в году, каждый по-своему.

В результате такого метода воспитания Ханна, которая, вероятно, могла бы развиться только с помощью сил, приложенных извне, оказалась старательной, но скучной и ограниченной, в то время как Ребекка, которая, очевидно, не нуждалась ни в чем, кроме свободы и простора для самовыражения, росла, росла и росла... Все ее силы, по-видимому, были приведены в действие в момент ее рождения и, не требуя никаких новых импульсов, обеспечивали ее развитие - каков Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница будет его конечный результат, не знал никто, и менее всех - сама Ребекка. Поле для проявления заложенного в ней творческого инстинкта было удручающе малым, и все применение, какое она могла найти этой своей склонности, заключалось в том, чтобы замесить тесто для хлеба без яиц в один день и без молока в другой и посмотреть, что из этого выйдет, расчесывать волосы Фанни иногда с пробором посредине, иногда - справа, а иногда - слева, играть во всевозможные удивительные игры с младшими братьями и сестрами, порой выводя их к столу в виде исторических персонажей или героев ее любимых книг. Своими поступками Ребекка забавляла и мать, и Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница семью в целом, но серьезная роль ей никогда и ни в чем не отводилась; и хотя ее считали "сообразительной" и достаточно самостоятельной для ее возраста, никто не находил, что она в чем-то превосходит прочих. Опыт Орилии в общении с талантом, воплощением которого был покойный Лоренцо де Медичи, привел к тому, что она прониклась гораздо большей любовью к обычному, заурядному здравому смыслу, досадную нехватку которого иногда проявляла Ребекка.

Ханна была любимицей матери в той степени, в какой Орилия могла позволить себе такую роскошь, как пристрастия. Родитель, который должен кормить и одевать семерых детей при доходе в пятнадцать долларов в месяц Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница, редко располагает временем на то, чтобы проводить тонкое различие между отдельными птенцами своего выводка; однако в свои четырнадцать лет Ханна была и другом, и помощницей матери. Именно она вела домашнее хозяйство, пока Орилия была занята на скотном дворе и в поле. Ребекка годилась для вполне определенного круга заданий, таких, как проследить, чтобы никто из младших детей не убил себя или другого, накормить домашнюю птицу, собрать щепки для растопки, обобрать землянику, вытереть посуду, но в целом ее считали ненадежной, и Орилия, нуждавшаяся в какой-то опоре (и никогда не испытавшая удовольствия иметь ее за то время, пока жила со своим талантливым Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница супругом), нашла ее в Ханне. Последствия такого подхода уже обнаружились в Ханне - на лице ее чуть заметно обозначилась печать забот, а в манерах появилась некоторая резкость. Но она была сдержанной, воспитанной, заслуживающей доверия девочкой, и именно по этой причине тетки пригласили ее в Риверборо, чтобы, став членом их семьи, она могла разделить с ними все преимущества их более высокого положения в обществе. Прошло уже несколько лет с тех пор, как Миранда и Джейн видели детей Орилии, но до сих пор они с удовольствием вспоминали, что Ханна не проронила ни слова за время их визита, и поэтому Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница пожелали видеть ее у себя в гостях. Что же касается поведения Ребекки во время той памятной встречи, то она прежде всего нарядила собаку в одежду Джона, а когда ее попросили причесать и вывести к обеду троих младших детей, она сначала поставила их под насос, а затем "прилепила" волосы каждого к голове неистовыми движениями щетки и доставила их к столу в таком сыром и отвратительно блестящем виде, что матери было стыдно за их внешность. Черные кудри самой Ребекки были обычно гладко зачесаны и убраны со лба, но по случаю приезда гостей ею было сделано дополнение к прическе - завиток волос, смоченный и прилепленный Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница ко лбу - прямо посредине ее чела; украшение, которое ей было позволено носить недолго, - как только Ханне удалось привлечь внимание матери к этому локону, Ребекка была отправлена в соседнюю комнату "убрать это безобразие и привести себя в божеский вид". Это приказание она истолковала, пожалуй, слишком буквально и за две минуты изобрела крайне "набожный" стиль прически, ничуть не менее впечатляющий, хотя и не такой пугающий, как первый. Эти "номера" были исключительно результатом нервного возбуждения, вызванного церемонным и по-военному суровым обращением мисс Миранды Сойер. Но воспоминания о Ребекке были столь живы в памяти пожилых обитательниц кирпичного дома, что письмо Орилии, в котором Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница она отвечала на присланное Ханне приглашение, стало для них до некоторой степени ударом. Орилия писала, что ей, вероятно, еще несколько лет будет не обойтись без Ханны, но что Ребекка приедет, как только ее удастся собрать, что приглашение принято с признательностью и сердечной благодарностью и что регулярное посещение школы и церкви наряду с благотворным влиянием всей обстановки дома Сойеров, без сомнения, "сделают из Ребекки человека".

Глава 3 Разные сердца

Кажется, я не предлагала ей сделать человеком любого из ее детей, - сказала Миранда, сложив письмо Орилии и убирая его в ящик ночного столика. - Я надеялась, что она пришлет нам того Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница, кого мы просили. Но это так на нее похоже: спихнуть на кого-нибудь ту девчонку, с которой сладу нет.

Но ты же помнишь, мы сами написали, что, если Ханна не сможет приехать, мы согласны принять Ребекку или даже Дженни, - робко вставила Джейн.

Я знаю, что мы это написали, но при этом и понятия не имели, что дело обернется именно так, - проворчала Миранда.

Три года назад, когда мы ее видели, она была совсем крошкой, - отважилась заметить Джейн, - за это время она могла стать лучше.

Или хуже!

Не будет ли это чем-то вроде почетной обязанности направить ее на путь истинный Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница? - спросила Джейн нерешительно.

Насчет "почетной" не знаю, но что будет эта обязанность тяжелой и неприятной, догадываюсь. Если мать до сих пор не направила девочку на путь истинный, вряд ли она сама сразу же проникнется к нему любовью.

Эти унылые и наводящие еще большее уныние беседы продолжались вплоть до чреватого важными последствиями дня, когда ожидалось прибытие Ребекки.

Если и после ее приезда с ней будет столько же хлопот, сколько накануне, мы можем навсегда проститься с надеждой на какой бы то ни было отдых, - вздохнула Миранда, развешивая кухонные полотенца на кустах барбариса в палисаднике у боковых дверей дома.

Но нам все равно пришлось бы Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница делать уборку в доме, независимо от того, будет в нем Ребекка или нет, - убеждала Джейн. - И не понимаю, почему ты убирала, стирала и пекла так, как будто тебе приходится делать это только из-за ребенка, и зачем тебе потребовалось покупать чуть ли не всю одежду и галантерею, какая была в магазине Уотсона.

Если ты не знаешь Орилию, то я знаю, - ответила Миранда. - Я видела и ее дом, и эту кучу детишек, которые напяливают на себя одежду друг друга и которым все равно, надели они ее на правую сторону или на левую; и я знаю, точно так Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница же как и ты, на какие гроши им приходится жить и одеваться. Этот ребенок, вполне вероятно, явится сюда с узелком вещей, взятых у прочих членов семьи. Скорее всего, на ней будут туфли Ханны, рубашка Джона и носки Марка. Я уверена, что у нее в жизни не было наперстка на пальце, но ей довольно скоро придется познакомиться с этим ощущением. Я купила для нее небеленого миткаля и коричневого полотна, чтобы она была при деле. Она, разумеется, ничего не убирает за собой и, вероятно, никогда не видела, как вытирают пыль, и приучить ее к нашим порядкам будет не легче, чем какую-нибудь язычницу Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница.

Конечно, у нее другие привычки, - согласилась Джейн, - но может оказаться, что она более послушная и исполнительная, чем мы думаем.

Ей придется считаться с тем, что ей говорят, исполнительная она или неисполнительная, - заметила Миранда, встряхивая последнее полотенце.

У Миранды Сойер, разумеется, было сердце, но она никогда не использовала его ни для каких иных целей, кроме кровообращения. Она была честной, добросовестной, экономной, трудолюбивой, регулярно посещала церковь, состояла членом миссионерского и библейского обществ штата Мэн, но перед лицом всех этих холодных добродетелей вам хотелось одного теплого маленького недостатка или, за отсутствием такового, одной милой слабости, чего-то такого, что могло бы уверить Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница вас, что эта женщина вполне живая. Она закончила местную окружную школу, но не получила никакого иного образования, так как все ее мечты и стремления были связаны с хозяйством - домом, фермой, молочней. В отличие от нее Джейн посещала частную школу, а также провела некоторое время в пансионе для молодых девиц; там же училась и Орилия; и, несмотря на то что прошло немало лет, по-прежнему сохранялась некоторая разница в языке и манерах между старшей и двумя младшими сестрами.

Другим неоценимым преимуществом Джейн была скорбь; не та естественная печаль по поводу кончины ее пожилых родителей, ибо она примирилась с неизбежностью этой Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница утраты, но нечто гораздо более глубокое. В юности она была помолвлена и собиралась замуж за молодого Тома Картера, у которого, правда, не было ни дома, ни денег, но была уверенность, что и то, и другое рано или поздно появится. Потом разразилась война. Том добровольно вступил в армию, как только был объявлен призыв. К тому времени Джейн любила его тихой, похожей на дружбу любовью и питала нежные чувства того же рода к своей стране. Но борьба, опасности, тревоги того времени привели в движение иные, могучие потоки чувств. Жизнь стала чем-то еще, кроме завтрака, обеда, ужина, однообразной круговерти ежедневного приготовления Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница еды, стирки, шитья да посещения церкви по воскресеньям. Из деревенских разговоров исчезли привычные сплетни. Важное и значительное заняло в них место пустяков - святое горе жен и матерей, страдания отцов и мужей, самопожертвование, сочувствие и новое желание помочь друг другу нести тяжкую ношу. Духовный рост мужчин и женщин был стремительным в те дни опасности и всеобщего напряжения, и Джейн пробудилась от смутного тусклого сна, как называла она прежнюю жизнь, к новым надеждам, новым страхам, новым замыслам. Затем, спустя год мучительной тревоги, год, когда никто не заглядывал в газеты без содрогания и страха, пришла телеграмма, извещавшая, что Том ранен Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница, и, даже не спросив согласия Миранды, Джейн упаковала чемодан и отправилась в путь. Она прибыла вовремя, чтобы успеть подержать руку Тома в часы боли, чтобы суметь показать ему на этот раз, какое оно - сердце внешне чопорной девушки из Новой Англии, когда охвачено любовью и горем; чтобы обнять его и чтобы в этих объятиях он нашел родной дом и мог спокойно умереть - и это было все. Все, но этого было достаточно.

Она прошла через месяцы утомительной работы в госпитале, месяцы ухода за другими солдатами ради дорогого Тома, и вернулась домой другой женщиной, лучше, чем была. И хотя с тех пор она никогда Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница не покидала Риверборо и внешне превратилась в точную копию своей сестры и всех других строгих и тощих новоанглийских старых дев, была эта копия скорее подделкой, а внутри сохранялся еще слабый отголосок бурного биения сердца ее юности. Научившись любить и страдать, бедное верное сердце продолжало эту свою сентиментальную деятельность, хотя занималось ею главным образом втайне и жило одними воспоминаниями.

Слишком уж ты чувствительная, Джейн, - сказала однажды Миранда, - всегда была такой и всегда будешь. Если бы я тебя не охлаждала, ты, думаю, совсем бы растаяла.

Назначенный час почти прошел, но дилижанс мистера Кобба еще не громыхал вдоль улицы.

Пора Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница бы им быть здесь, - сказала Миранда, в двадцатый раз обеспокоенно взглянув на высокие напольные часы в углу гостиной. - Кажется, я ничего не забыла... Я прикрепила два толстых полотенца за ее умывальником, а вниз, под ведро, положила коврик, но дети так безжалостно обращаются с мебелью. Боюсь, через год мы свой дом не узнаем.

Мрачные предчувствия Миранды угнетали Джейн и заставляли ее страшиться надвигающегося бедствия. Единственная разница между сестрами заключалась в том, что если Миранду волновало лишь, как они вынесут Ребекку, то у Джейн случались моменты озарения, когда она с тревогой спрашивала себя, как вынесет их Ребекка. В один из таких моментов она взбежала Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница наверх по черной лестнице, чтобы поставить вазу с ветками цветущей яблони и положить красную, как помидор, подушечку для булавок на комод в комнате, предназначенной для Ребекки.

Дилижанс с грохотом подкатил к боковой двери кирпичного дома, и мистер Кобб подал Ребекке руку, как настоящей пассажирке. Она вышла из экипажа с большими предосторожностями и вручила букет поникших цветов тете Миранде, которая приветствовала ее тем, что едва ли можно назвать поцелуем, не оскорбив светлое имя этого способа выражения чувств.

Совсем ни к чему было везти с собой цветы, - заметила эта любезная и тактичная леди. - В саду их и так полно, когда Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница приходит пора.

Затем Джейн поцеловала Ребекку, предложив несколько лучшую имитацию настоящего поцелуя, чем ее сестра.

Поставьте ее сундук в передней, Джеримайя, а вечером мы попросим кого-нибудь отнести его наверх, - сказала она.

Я отнесу его наверх прямо сейчас, если хотите, девочки.

Нет, нет, не оставляйте надолго лошадей: кто-нибудь будет проходить мимо и заинтересуется, а мы не можем сейчас никого принять.

Ну, до свидания, Ребекка; до свидания, Миранда и Джейн. Будет у вас теперь бойкая маленькая девочка. Я думаю, она составит вам отличную компанию.

Старшая мисс Сойер не смогла скрыть своего содрогания, услышав определение "бойкая". Она была убеждена Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница, что хотя дети могут быть на виду, когда это совершенно необходимо, то уж слышно их быть не должно, если только этого можно избежать[10].

Мы с Джейн не очень-то привыкли к шуму, - заметила она с кислой миной.

Мистер Кобб понял, что пошел по неверному пути, но для него было слишком непривычно обосновывать свое мнение без предварительных раздумий, и поэтому он уехал, пытаясь придумать по дороге, каким более безопасным словом, чем "бойкая", мог бы он охарактеризовать свою интересную маленькую пассажирку.

Пойдем со мной наверх, я покажу тебе твою комнату, Ребекка, - сказала мисс Миранда. - Дверь с сеткой закрой за собой плотно Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница, чтобы не впустить мух; пока еще только середина мая и мух нет, но я хочу, чтобы ты привыкала к порядку с самого начала. Возьми с собой свой узелок, тогда тебе не придется спускаться за ним, - всегда пользуйся головой, чтобы сберечь каблуки. Вытри ноги об этот плетеный коврик; когда будем проходить через переднюю, повесишь там свою шляпу и пелерину.

Это моя лучшая шляпа. - сказала Ребекка.

Тогда возьми ее наверх и положи в шкаф; но я думаю, тебе не следовало надевать свою лучшую шляпу в поездку по пыльной дороге.

Это моя единственная шляпа, - объяснила Ребекка. - Другая, которую я носила по будням, уже выглядела Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница не так хорошо, чтобы брать ее с собой. Фанни ее доносит.

Свой зонтик поставь в шкафу в передней.

Вы не возражаете, если я буду держать его в моей комнате? Так все же безопаснее.

Здесь, в окрестностях, нет никаких воров, но если бы и были, то, думаю, полезли бы они не за твоим зонтиком... Ну, пойдем. Помни: подниматься всегда будешь по черной лестнице, Мы не ходим по парадной, чтобы не портить ковер; будь осторожна на повороте, не зацепись ногой; поверни направо и входи. Когда вымоешь лицо и руки и причешешься, можешь спуститься. и мы быстро распакуем твой Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница сундук и устроим тебя на новом месте еще до ужина. Не задом ли наперед у тебя надето платье?

Ребекка склонила голову и взглянула на ряд дымчатых перламутровых пуговиц, протянувшийся сверху вниз посредине ее плоской груди.

Задом наперед? А, понимаю!.. Нет, нет, всё в порядке. Если у вас семеро детей, вы не можете постоянно застегивать и расстегивать их пуговицы - им приходится делать это самим. В нашем доме все всегда застегнуты спереди. Мире еще только три года, но и у нее пуговицы спереди.

Миранда ничего не сказала, когда закрывала за собой дверь, но вид ее был более красноречив, чем любые слова Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница.

Ребекка, стоя совершенно неподвижно в центре комнаты, оглядывалась вокруг. Перед каждым предметом мебели был расстелен квадратный кусок клеенки; вытянутый коврик лежал возле узкой кровати с пологом на четырех точеных столбиках. Кровать была покрыта белым канифасовым[11] покрывалом, обшитым бахромой.

Все было аккуратным и чистым донельзя, а потолки гораздо выше тех, к которым привыкла Ребекка. Высокое и узкое окно комнаты выходило на север, за ним виднелись хозяйственные постройки и скотный двор.

Нет, не сама комната, которая была гораздо более удобной, чем собственная комната Ребекки на родной ферме, и не отсутствие красивого вида из окна, и не долгое путешествие, ибо в тот момент Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница она не сознавала усталости, и не страх перед незнакомым местом, ибо она любила новые места и стремилась к новым впечатлениям, - нет, совсем не это, а какая-то любопытная смесь непостижимых эмоций заставила Ребекку поставить свой зонтик в угол, сорвать с головы свою лучшую шляпу, швырнуть ее на комод, сдернуть канифасовое покрывало, ринуться в глубину постели и натянуть покрывало на голову.

Через минуту дверь бесшумно открылась. Стучать перед тем, как войти, - такая предупредительность была совершенно неизвестна в Риверборо; впрочем, если бы о ней и слышали, то не сочли бы нужным проявлять ее в обращении с ребенком.

Мисс Миранда вошла Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница, взгляд ее скользнул по пустой комнате и упал на бурный белый океан покрывала - океан, вздымающийся странными волнами, гребнями и валами.

Ребекка!

Благодаря тому, как было произнесено это слово, впечатление было точно такое, как если бы его прокричали на всех перекрестках.

Над канифасовым покрывалом появилась всклокоченная черная голова и испуганные глаза.

- Почему ты лежишь на застеленной кровати среди бела дня, портишь перину и пачкаешь столбики пыльными туфлями?

Ребекка поднялась с виноватым видом. Ей нечего было сказать в оправдание. Ее проступку не было ни объяснения, ни извинения.

Простите, тетя Миранда. Что-то на меня нашло; сама не знаю что.

Ну, если это Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница слишком скоро снова найдет на тебя, нам придется выяснить, что же это такое. Сию же минуту поправь постель. Эбайджа Флэг несет сюда твой сундучок, и я не допущу, чтобы он увидел такой разгром в комнате: он рассказал бы об этом всей деревне.

В тот вечер, поставив лошадей в конюшню, мистер Кобб принес из кухни стул и расположился рядом со своей женой, сидевшей на заднем крыльце.

Знаешь, мать, я привез сегодня из Мейплвуда маленькую девочку. Она родня девочкам Сойер и будет жить у них, - сказал он, когда уселся поудобнее и начал строгать ножом какую-то палочку. - Это дочка той самой Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница Орилии, что сбежала с сыном Сюзан Рэндл незадолго до того, как мы сюда переехали.

Сколько лет девочке?

Десять или что-то около того; хоть на вид и маловата для своего возраста, но, Боже мой, послушать ее, так кажется, что ей все сто! Как задаст вопрос, так я и подскочу. И так всю дорогу. Из всех чудных детей, каких я встречал на своем веку, она самая чудная. Красоты в ней особой нет - одни глаза; но если она когда-нибудь вырастет под стать этим глазам да малость потолстеет, люди кругом будут на нее таращиться. Боже мой, мать! Послушала бы ты, как Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница она говорит.

Дата добавления: 2015-08-28; просмотров: 2 | Нарушение авторских прав


documentakjctrt.html
documentakjdbcb.html
documentakjdimj.html
documentakjdpwr.html
documentakjdxgz.html
Документ Ребекка с фермы Солнечный Ручей 2 страница